Сайт создан на платформе Nethouse. Хотите такой же?
Зарегистрировать домен .RU/.РФ за 140 рублей

Дом-пена Николая Калиниченко









ДОМ-ПЕНА АРХИТЕКТОРА НИКОЛАЯ КАЛИНИЧЕНКО





Индивидуальные проекты информационно и энерго-положительных, дешёвых,
быстро возводимых, экономичных энергосберегающих домов
Время возведения дома по оригинальной авторской технологии : от 1 - 2 недель


Материалы :
1) металлический каркас, песок с цементом
2) каркас из лозы или дерева и глина с овсяной/пшеничной соломой или рисовой шелухой (саман)




ЧУДО-ДОМ


При всем богатстве природных форм, люди приспосабливают для жилья самые примитивные - прямоугольные. Потому что "коробки" проще строить. Поэтому и сидит народ в четырех стенах.
И даже круглые бревна строители ухитряются заключать в правильные кубы и параллелепипеды. Скучно это, как в районе "хрущевских" пятиэтажек, однообразно, как квадратный трехчлен, и в корне неправильно. Ведь что получается - человеческое тело далеко от неуклюжести и никакими частями "вписаться" в многоугольники наших квартир не может. А где именно блаженство для человека? В утробе матери, а она, как известно, имеет яйцевидную форму. Психологи считают, что подсознательно человек стремится вернуться в личный рай внутриутробного состояния.
И вот архитекторы предоставляют возможность всем желающим поселиться в согнутом пространстве. Обрадоваться самому и удивить всю округу в буквальном смысле крутизной своего дома. Такие непривычные для русского пейзажа формы сейчас внедряет одна московская фирма, основная деятельность которой так и обозначена: "проектирование и строительство криволинейных зданий. То есть она строит криво. Но не по недоразумению, а умышленно.


Грибы в песке


Начав скромно из дома-цилиндра, в котором нет ни угла, проектировщики стали предлагать и более смелые проекты. Например, дома-пули - такие гигантские грибы-дождевики: два этажа, пять комнат, гараж, кладовая и даже бассейн. Все, чему надлежит быть в доме нового русского, только намного дешевле: один квадратный метр обходится - в 150 у.е.
Мы обходимся без дорогостоящего кровельного материала, - говорит архитектор Николай Калиниченко. - Потому что в доме-шаре совсем нет крыши - одни стены. А точнее, одна оболочка - без стыков и швов. Она не промерзнет и никогда не протечет. К тому же, как известно, поверхность шара примерно на четверть меньше, чем у куба одинакового объема. Значит, нужно меньше и стеновых материалов. При этом пуля намного прочнее куб. Особенно во время ураганов. Сдуть его просто невозможно.


А самая экономия на фундаментах и котлованах. Оказывается, они совершенно не нужны. Дома-шары просто кладут в песок. Так же делают страусы со своими яйцами. Что очень надежно, устойчиво и, по природному, мудро.

Жизнь в «летающей тарелке»


Для возведения чудо-домов создана специальная технология. Их строят в привычном смысле, а если бы «выращивают». Делают проволочный каркас, гнут его, предоставляя желаемой формы, утепляют. И с помощью сжатого воздуха напыляют сверху особо прочный бетон. Наносят слой за слоем, пока не получится ровная гладкая оболочка необходимой толщины, причем с уже гтовимы оконными и дверными проемами.
В принципе, такому дому можно придать любую форму. Это зависит от фантазии архитектора. И от степени нетрадиционного мышления заказчика. Например, находятся желающие жить в «баранке», или в «летающей тарелке» или в «кувшине», или вообще в полуфантастический конструкции из нескольких шаров. А кто готов пока задовильнитися, в архитектурном смысле, криволинейной баней и садовым туалетом-шаром, похожим на астрономическую обсерваторию.


Круто и уютно

Естественно, что сроки строительства зависят от того, насколько затейливая форма здания. Двухэтажный дом-шар можно «вырастить» всего за два месяца. А небольшой одноэтажный садовый домик из трех шариков готов быстрее, чем за месяц.
Кстати, проверено, что в криволинейные дома прекрасно вписываются даже обычные неуклюжие мебель. А необычное пространство лишь добавляет вариантов их расстановки. Но при желании сейчас можно приобрести любую «начинку» - хоть круглое кровать. И овальные тумбочки к нему. Пусть все будет по полной программе на удивление соседям с традиционными вкусами.  

http://www.zestroy.ru/articles/541.htm





Н.Н.Калиниченко
ЭНЕРГОСБЕРЕГАЮЩАЯ АРХИТЕКТУРА



Говорят, в архитектуре, как и в медицине, разбираются все. Однако на самом деле в ней не разбираются даже архитекторы. И причина этого – разделение труда или узкая специализация. Узкая специализация приводит к узости мышления, или, как говорят психологи, к профессиональному кретинизму. Однако архитектура – отнюдь не узкая область деятельности. Она включает в себя и градостроительство, а градостроительство сегодня – это всё кроме полеводства. Вот и посмотрим на энергосбережение с этого уровня.



Сегодня энергетики думают лишь об увеличении выработки энергии, полагая при этом, что об остальном подумают другие. И так каждый думает о своём. А в целом кто подумает? Политик – это торговец, а торговец думает лишь о прибыли и приросте. Политику тоже, чем больше неважно чего, энергии или населения, тем лучше, потому что больше валовой продукт, больше товарооборот и больше прибыль. Следовательно, больше отчислений на бытовые нужды населения и на расширение производства. Цепочку этих нехитрых рассуждений можно продолжить. Но стоит повнимательней посмотреть на расширение производства.



Производства самого по себе не бывает. Ему нужны рабочие руки. Поэтому промышленные предприятия называют градообразующими. Но расширение производства далеко не всегда сопровождается жилищным строительством. Чаще всего рабочая сила приходит из уже существующей застройки. И хорошо ещё, если приходит. Чаще всего рабочая сила приезжает. И приезжает каждый день, потому что каждый день уезжает. В её распоряжении для этого есть общественный и личный пассажирский транспорт. А пассажирский транспорт – это затраты энергии. Как уменьшить эти затраты? Надо просто поселить рабочих в пешеходной доступности от места их работы. Это энергетическая задача? Вовсе нет. Это политическая задача. Но решение этой задачи не сулит никому никаких прибылей. В выигрыше оказываются только рабочие и служащие, которым не надо будет ежедневно тратить уйму времени и денег на проезд туда и обратно. Но кто у нас думает о людях? Что это за профессия такая: любить людей?



Градостроительство – это архитектура. А энергосберегающая архитектура – это разумное, а не экономически или как-нибудь ещё выгодное градостроительство. Сегодня многое производится лишь для того, чтобы исправлять допущенные ранее и допускаемые сегодня глупости. Тот же транспорт, например. Но не только. Транспорта ведь самого по себе не бывает. Для его производства тоже нужны автобусные, троллейбусные, автомобильные, локомотивные, вагоностроительные и прочие заводы. Для этих заводов нужен металл, а для производства металла нужны металлургические заводы. Им в свою очередь нужны горнодобывающие предприятия и горнодобывающие машины. Для их производства тоже нужен металл и тоже нужны машиностроительные предприятия. Наконец, для передвижения транспортных средств, да и для производящих их заводов, нужно топливо. А это опять добыча нефти, газа, угля, электроэнергии и опять предприятия по переработке нефти, угля и газа и выработке электроэнергии. И всё это экономическое могущество только для того, чтобы дать возможность рабочему работать не у себя в посёлке, а в соседнем городе. Но рабочему эта возможность была бы ни к чему, если бы его посёлок был рядом с заводом.



Да, есть вредные производства. Но есть и вахтовый метод ведения работ. А есть и автоматические производства, а также дистанционное управление производством. Его можно осуществлять, не выходя из дома. Но в этом направлении надо работать. И тогда энергосберегающей архитектурой будет архитектура разумная, т.е. та, которая не созидает глупости и не затыкает дыры Тришкиного кафтана под названием народное хозяйство, и сама не участвует в глупостях.



Кстати, одной из таких глупостей является заводское домостроение. Изготовить партию часов на часовом заводе и привезти их в Москву даже из Швейцарии не так уж и накладно. Но изготовить целый дом на заводе и перевезти его по частям даже на сто метров – это огромные затраты. Причём даже не на саму перевозку. Что такое сто метров для дома длиной в сто метров? Но чтобы изготовить этот дом на заводе, мало иметь целый завод. Надо ещё иметь и целое складское хозяйство с большими площадями и мощными кранами. А чтобы перевезти части дома, нужен особый
грузовой транспорт. И для сборки дома на месте нужны краны. И это ещё не всё.




Части дома нужно изготавливать так, чтобы они не развалились по дороге и при погрузке-выгрузке. Кроме того, надо предусмотреть способы и средства крепления частей дома на месте. Всё это техническое богатство совершенно ни к чему, если строить дом на месте. Но ни строители, ни проектировщики не понимают этого. Они стремятся загонять большую часть стройки под крышу ради удобства строителей, хотя эта крыша – дополнительные накладные расходы на строительство, а удобства для строителей всё равно лишь в бытовке.




Теперь об архитектуре объёмной или объектной. Жильцу дома домостроительный завод не нужен. Ему нужен дом как можно удобней, прочней и как можно дешевле. Но архитекторы зациклились на формуле Витрувия: архитектура – это удобство, прочность, красота. А красота, как известно, требует жертв. И поскольку для архитекторов красота – это главное в архитектуре, то они, таким образом, против энергосбережения в ней.




На самом деле формула Витрувия – заблуждение. Красота – это следствие удобства и прочности, а не третья цель. Человек прекрасен не потому, что его таковым изначально задумал Господь, а потому, что человек наилучшим образом отвечает своему предназначению быть человеком, т.е. воплощением Закона естественного развития, изначально указанного Богом. Обезьяна тоже сотворена по этому Закону, но далеко не с тем изяществом и полнотой, как человек. А архитектура – это продолжение человека. И многие архитекторы это понимают, но лишь единицы пытаются делать её такой умышленно. Сознательно же не делает никто, потому что никто не знает Закона естественного развития. А без знания этого Закона нельзя знать ничего. Вот - простые примеры незнания. Что такое дверь? Что такое дом? Что такое изба? Кто такой архитектор? Кто такой строитель? Все слова появились не сразу. Они – итоги естественного развития языка. Поэтому их и рассматривать надо в развитии. А для этого надо знать Закон.



Рассмотрим, например, архитектора. Это звание римляне позаимствовали у греков. У греков архитектор звучит как архитектон. Римляне придали архитектону своё окончание – «-ор». Так получился архитектор. А архитектура – это дело архитектора. В свою очередь, архитектоника – дело архитектона, т.е. то же самое, что и архитектура. Но кто об этом знает?


Архитектон – от греческого «техне», от которого – техника, т.е. искусство. Отсюда техник – это искусник. В свою очередь, архи – значит, старый. Не старший, как принято думать, а просто старый. Но и не ветхий или дряхлый, а сталый или ставший.


Иначе говоря, зрелый. То есть архитектон - не абы какой искусник, а подготовленный, обученный. Отсюда и архитектоника, и, соответственно, архитектура – это просто искусство. В искусстве главное – иск, искус, поиск, вкус, в поиске главное - умение, а в умении главное – ум. Как видим, здесь нет ни знаний, ни познания, ни Закона.


Все ищут, все пробуют и все рано или поздно ошибаются, потому что главный метод
поиска или исследования – это метод проб и ошибок, т.е. метод тыка. Нетрудно
понять, что при таком методе поисков, гениальных открытий и трагических ошибок
об энергосбережении можно только мечтать и разглагольствовать.



Греческое название «архитектон» по-русски звучит как «строитель». Причём архи – это стр, а тектон – это тель, т.е. тело. Строитель – это старое тело. Но не ветхое и не дряхлое. Старое!



Стар, по-английски, – это звезда. По Закону естественного развития языка сочетание звуков СТ не случайно. Оно происходит от звука Ц. При замене СТ на Ц стар превращается в царь (отсюда английское сэр), а старое тело становится царским телом. При замене звука Т на его звонкого потомка звук Д Старое Тело становится
Царским Делом. Да, известно, что настоящую архитектуру создавали цари. Но кто такие цари?



Языковеды утверждают, что царь – нерусское слово. Мол, оно происходит от латинского Цезаря и от греческого Кесаря. Ведь русский народ ленивый, но сметливый, поэтому и сократил Цезаря до Царя. И они правы. Ну, зачем говорить: Цезарь, когда можно просто и ясно сказать: царь. Это когда царь – не просто звание, а титул, тогда и Цезарь, т.е. Се царь. Кесарь, кстати, тоже Се царь. Но царь – не от Цезаря, а Цезарь – от царя. Причём от русского царя.



Звук Ц в своем развитии раздваивается на звуки С и Т, поэтому Царь при замене Ц на СТ превращается в старь, а старь – это женщина. Как раз поэтому и архитектура, и архитектоника – женского рода. Да и царь – это женщина, потому что царица – это не жена царя, а малая царь. Как ларец – это малый ларь. Поэтому дом – то же, что и дама, а дама наоборот – это мать. Мать ведь тоже дом для зародыша. Но и не случайно у дома – женские названия: дверь, стена, крыша. Пол, правда, мужской, но у украинцев пол – это пiдлога, т.е. то, что под логом, под ложем или под лежанкой, а потолок – стеля. Настил то есть. Печь и у русских печь. Постель тоже. Стол и стул – мужские, но они – от постели. Раньше и столы, и стулья стелили, а потом скатывали, поэтому их ещё именовали скатертями, а когда не скатывали, а сворачивали, то ворохами, а позже - коврами. Очевидно, этим занимались мужики, поэтому у них и мужской род.



И сказанного следует, что царь – не тот, кто царствует лёжа на боку или сидя на троне. Царь – это строитель. А строитель – это старатель. Нет более сложного и тяжелого занятия на Земле, чем строительство, поэтому чтобы им заниматься, нужно стараться. В том числе и за учебным столом. Век живи, век учись – это строительная истина. Строительное искусство (техника) предлагает всё новые и новые материалы и способы их применения. Но основа архитектуры остаётся прежней. Эта основа – трёхмерное пространство. И архитекторы полагают, что они являются непревзойдёнными мастерами пространства. Между тем они только думают, что имеют дело с пространством, а на самом деле они занимаются помещениями, проще говоря, местом. И как раз место они именуют пространством, а что такое пространство…



Пространство – от роста. Или от распространения. Как растёт дерево? Сначала вверх и вниз, в небо и в почву, а потом – во все стороны. Причём не только на север и на юг, а также на запад и восток, но и в промежутки между ними. И дерево не только растёт, но и ветвится. Отсюда – и развитие, т.е. рост и ветвление. И его
развитие – не трёхмерное. Оно – многомерное. Ведь каждая ветвь – это своя длина и своя толщина. А ветвей этих у дерева – сотни и тысячи. Но помещение, в котором сидит обычно мыслитель, трёхмерное. От него и трёхмерен весь мир мыслителей. И всё их мышление – трёхмерное, если вообще не плоское или не прямолинейное. Но истинное пространство к этому не имеет почти никакого отношения. В природе прямоугольное строение имеют только кристаллы поваренной соли и атомная решётка золота. Из-за этого прямоугольная архитектура солёная от пота строителей и обходится как золотая.



Человек состоит не из кубиков, не из прямоугольных клеток и не из многогранников. Он состоит из шариков. А как он из них состоит, видно на примере мыльной пены. Её изучил немецкий архитектор Фрай Отто. А русский архитектор Калиниченко Н.Н. проектирует и строит дома по закону, который открыл архитектор немецкий. Ведь мыльная плёнка, из которой состоят мыльные пузыри, в 40 раз тоньше человеческого
волоса. И, тем не менее, из неё образуются целые сооружения метровых размеров.



Фрай Отто установил, что дело всё – в устройстве мыльной пены. Оказалось, что все её пузырьки слипаются строго по одному и тому же закону. Суть его в том, что углы между плёнками слипшихся пузырьков всегда равны не 90º, как в современной архитектуре, а 120º как в пчелиных сотах. И здесь надо бы отметить, что воск,
из которого состоят пчелиные соты, и не строительный материал вовсе. Тем не менее, соты и сами висят в улье, и мёд в себе несут не разрушаясь. Более того, астрофизики установили, что видимое вещество Вселенной не распределено равномерно по ней, а собрано в перегородках вселенских сот. В самих же сотах
встречаются лишь одинокие звёзды. То есть и мыльная пена, и пчелиные соты, и Вселенная построены по одному и тому же Закону. И это не просто так. Известно ведь, что Природа не терпит расточительства. У Неё всё оптимально. Или, если хотите, в Природе действует принцип разумного минимума. А чем человек хуже?
Менее совершенен? Но человек – самый совершенный представитель Природы. Почему же он не учится хотя бы у себя?



Древние греки утверждали: «Познай себя – и ты познаешь богов и Вселенную». Но кто это у нас познаёт себя? В какой школе или в каком вузе учат самопознанию? Да и древние греки забыли написать, как это делается.



Русская народная мудрость гласит: век живи – век учись. Единственное, чего не говорит народная мудрость, так это как учиться. То есть это тоже одно из тех благих пожеланий, которыми выстелена дорога в ад. Однако здесь подсказка в слове «учиться». Учёба – от науки, а наука – от Ука. Вообще-то Ук – это звук У, но в науке все звуки, поэтому изучить – значит, озвучить. И научить – значит, показать, как озвучивать.



Казалось бы,чему здесь учиться? Детей этому никто не учит, а если и учат, то только в томслучае, когда у ребёнка проблемы со звуками. Но это – работа логопеда, а не учителя. А работа учителя – давать знания. Но знания ли? Знания – от названия, а названия – от зова. Малый зов – это зовик. Проще говоря, звук. То есть буква
– это уже зов. Но где этому учат? И кто скажет, что значит, Т?



Самой точно наукой считается математика. Как писал немецкий философ Эммануил Кант, без математики нет, и не может быть никакой науки. Математика – это язык и механики, и физики, и квантовой механики. Но в математике пространство трёхмерно, как кабинет математика, поэтому математики даже объем шара измеряют кубами. Правда, для этого им пришлось придумать дифференцирование и интегрирования, и вообще высшую математику. И некому им сказать: мальчики, зачем вы страдаете ерундой? Ведь математику как истину в последней инстанции преподают везде, где ни попадя.



А там, между прочим, даже умножения нет. В математике есть лишь сложение и вычитание. Например, дважды два будет четыре лишь в том случае, если первая двойка будет любой двойкой, а вторая – двойкой разов. То есть если два кирпича или два яблока взять два раза, то будет четыре кирпича или четыре яблока. Но это же сложение, мальчики! А вот если перемножить двух кролей на двух крольчих, то получится до 44 кролей и крольчих. Четыре же кроля и крольчихи получатся лишь в том случае, когда у них перемножение не состоится.



Да, математики – не кролиководы. Но и не учёные, поэтому их математика портит всю картину, и из-за них науки нет нигде. Ведь в основе математики – формальная логика, а формальность – от формы, форма же – это вид, а видим мы лишь поверхность. В свою очередь, логика – это словесность. Отсюда формальная логика – это
поверхностная словесность. Суть же – внутри, в глубине. В том числе – и в глубине пены. Поэтому современному искусству, именуемому по незнанию наукой, она недоступна.



У настоящей науки есть две составляющие, которых нет ни в математике, ни в любой другой официальной или академической науке. Первая – это научный язык. Терминология – это не язык, а словарь. Общаются же исследователи и искатели, испытатели и наблюдатели, именующие себя учёными, на сленгах, диалектах и говорах, известных в народе как птичьи языки. Вторая – это метод познания. Существующие научные методы к познанию никакого отношения не имеют. Всё это – методы исследований, наблюдений, испытаний, поисков, осмыслений и объяснений. Эти методы уже позволяют человеку делать всё, что он ни пожелает, но они не дают ответа на вопрос, а что ему на самом деле нужно, поэтому чаще всего своё могущество и свою энергию человек использует во вред. В лучшем случае - на отопление улицы.



Автор открыл настоящий научный язык и настоящий метод познания, поэтому он и написал эту статью, а также издал две книги о познании. Первая - «Азы науки», вторая - «Истины и парадоксы», Москва, СИНТЕГ, 2005 г. Свои знания и открытия он применяет в проектировании и строительстве зданий самого различного назначения.
Они состоят не из прямоугольных помещений, как в традиционной архитектуре, а из сферических, тороидальных, гиперболических, сочетаемых по Закону, открытому Отто Фраем в мыльной пене. Традиционные методы строительства для возведения таких сооружений или непригодны, или дорогие, поэтому автору пришлось разработать особый метод безопалубочного монолитного строительства. Этот метод
позволяет исключить не только домостроительные комбинаты с козловыми и башенными кранами, панелевозами и пропарочными камерами, бетонными а арматурными цехами, парком стальных форм и складами готовой продукции, но и от опалубок с бетононасосами, автобетоносмесителями и башенными кранами.



Всё оборудование нетрадиционного метода строительства вмещается на «Газеле». При этом оно обслуживается всего тремя – четырьмя, правда, квалифицированными рабочими. Благодаря этому общие затраты на строительство уменьшаются в разы, а не на сколько-то там процентов, вид здания зависит только от его назначения и местоположения, потому что фантазия и наитие архитектора заменяется знаниями. Заказчик же получает то, о чём и мечтать не мог. Ведь ячеистые структуры, которые при этом виде проектирования и строительства получаются, самые прочные. Планировки самые экономичные, поскольку метод возведения позволяет делать точную оболочку жилого помещения, а оно совсем не прямолинейное и не прямоугольное. Ведь человек не ходит по прямой и не поворачивает под прямым углом. Кроме того, криволинейные оболочки устойчивей и прочнее плоских стен и перекрытий, поэтому на возведение из них зданий расходуется в два-три раза меньше строительных материалов.



Теплопотери таких зданий меньше на четверть, поскольку у них площадь ограждающий поверхностей тоже на четверть меньше, чем у прямоугольных. Проветривать тоже криволинейные помещения легче и проще, поскольку в них нет углов для застаивания воздуха. У этих зданий есть лишь один недостаток. Они совершенно непривычны как гражданские объекты. В то же время это чисто природные формы, а Природа не страдает расточительством и не приносит жертвы красоте. Природа красива только потому, что она совершенная, а совершенная потому, что естественная. И экономичная она потому, что у неё нет строительной техники, т.е. строительного искусства. Она развивается по Закону естественного развития, открытого автором статьи у разных авторов и в себе самом, и описанного в
упомянутых выше книгах.



Таким образом, и далёкому от архитектуры читателю должно быть понятно, что энергосберегающая архитектура – это, прежде всего, та архитектура, на создание и использование которой тратиться меньше средств. А такой архитектурой может быть только та, которая создаётся по Закону естественного развития. Некоторые образцы этой архитектуры представлены на приведенных в статье рисунках.




Калиниченко Николай Николаевич
ТОРКРЕТИРОВАНИЕ





Введение


Торкретирование как способ укладки мелкозернистого бетона появилось в 1907 году, когда таксидермист Артур Эйкли изобрёл цемент-пушку для изготовления чучел доисторических животных в натуральную величину для Национального парка Нью-Йорка. Исходно торкретирование изобреталось и использовалось как конструктивная технология, т.е. как способ бетонирования строительных конструкций, и прежде всего тонкостенных железобетонных оболочек. Этот способ и устройство для его осуществления под названием цемент-пушка были запатентованы их автором в 1911 году, а в 1913 году применёны для укрепления стенок окопов в Санкт-Петербургском Артиллерийском училище. И в дальнейшем как конструктивная технология торкретирование в России применялось только под землей: для укрепления и облицовки (обделки) стенок колодцев, проходческих шахт, тоннелей и т.п. В надземном строительстве оно применялось лишь как вспомогательная технология для ремонта железобетонных конструкций и гидроизоляции пожарных резервуаров, очистных сооружений, бассейнов. Как конструктивная технология торкретирование применялось чрезвычайно редко и исключительно для возведения сооружений павильонного типа: заправочных станций, автобусных остановок, ангаров, а также малых архитектурных форм. Например, в 1976 году в городе Лоо под Туапсе построено здание заправочной станции из торкрет-бетона, которое успешно используется до сих пор. В это же время в Солнечногорске под Москвой на надувной опалубке был построен ангар шириной 12 и длиной 36 метров, который тоже стоит до сих пор. После этого ангара подобные ангары строились по всему Советскому Союзу, поэтому в г.Ангрены в Казахстане был создан завод по производству надувных опалубок. Первым сооружением из торкрет-бетона, которое построил своими руками автор этих строк в 1987 году, был бассейн для Правительства СССР на Ленинских горах в Москве. Этот бассейн тоже работает до сих пор. Поэтому мнение о том, что торкретирование хорошо лишь для изготовления малых архитектурных форм, не соответствует действительности. Тем более, что за рубежом, в том числе в США и в Европе, оно получило широкое распространение и в промышленном, и в гражданском строительстве для возведения самых различных зданий и сооружений. Ограниченное применение торкретирования в России происходит по нескольким причинам, главная из которых – неосведомлённость.



Бетон



Основным строительным материалом сегодня является бетон. Специалисты обязательно заметят, что бетон без железа – это деньги на ветер, но и в железобетоне главный материал – бетон.


Как таковой, бетон состоит из двух составляющих: из вяжущего и заполнителя. Если вяжущее – битум, а заполнитель – песок, то у нас - асфальтобетон. Если вяжущее – цемент, а заполнитель – щебень, то у нас - просто бетон. А если у нас вяжущее – цемент, а заполнитель – песок, то эту смесь именуют раствором. Из асфальтобетона получают асфальт, из бетона – бетонные и железобетонные конструкции, а из раствора – штукатурку.


Асфальтобетон для возведения строительных конструкций не применяют из-за низкой прочности и текучести вяжущего, т.е. битума (или смолы), а раствор обычно не применяют для возведения строительных конструкций из-за неумения его как следует уплотнить из-за песка. Но в отличие от битума, с которым уже ничего нельзя поделать кроме как разложить на составляющие, у песка есть до сих пор неоценённые, а потому и не используемые в строительстве качества. Но прежде, чем перейти к ним, остановимся на недостатках песка как заполнителя.


Основной недостаток песка – это то, что он мелкий. У каждой песчинки, сколь малой она ни была бы, есть своя площадь поверхности. И когда песчинка в растворе, её поверхность должна быть смазана цементом, в противном случае она не склеится с соседними песчинками и штукатурка осыплется. Но чем меньше песчинки в растворе, тем больше их общая площадь поверхностей на единицу объёма, и тем больше нужно вяжущего, например, цемента, на эту единицу объёма. И наоборот, чем большего размера частицы заполнителя в растворе, тем меньше их общая площадь поверхностей и тем меньше нужно вяжущего для их соединения. На этом и основывается применение щебня в качестве заполнителя бетона. Никакими иными преимуществами перед песком щебень не обладает. Но у него есть пара существенных недостатков, которым до недавнего времени не уделялось должного внимания.


Наши достоинства – это продолжение наших недостатков, и наоборот. Это справедливо и по отношению к щебню. Его частицы большие, поэтому удельная площадь поверхности на единицу объёма у него небольшая. Но сами по себе эти частицы достаточно заметны. Более того, они просто выделяются в бетоне. А так как коэффициент теплового расширения у них всегда отличен от коэффициента теплового расширения склеивающего их цемента, то рано или поздно эти крупные частицы просто разрывают цемент и разрушают бетон. Это разрушение не происходит достаточно долго лишь в тех случаях, когда железобетонная или бетонная конструкция не подвергается существенному перепаду температур. Например, когда она находится внутри отапливаемого помещения.


Второй существенный недостаток – это искусственность щебня. Как таковой щебень – это невосполняемый природный ресурс. Он производится путём дробления природного камня. Но природный камень – это живописные скалы, которые есть далеко не везде, да и те, что есть, далеко не везде хочется уничтожить. Например, во Франции их уже вообще не хотят уничтожать. И в той же Франции уже нашли выход из этого казалось бы безвыходного положения. Французские строители обратили своё внимание на песок.


В отличие от щебня песок производит сама Природа, поэтому он – восполняемый ресурс, и его добыча не ведёт к существенному разрушению природного ландшафта. Кроме того, будучи в бетоне, он не так разрушает его, как щебень. Правда, за это приходится расплачиваться перерасходом цемента. Но расплачиваться приходится за всё. А перерасход цемента – не единственный недостаток мелкозернистого бетона, как называют строители бетон из песка и цемента. Его второй недостаток – это плохая уплотняемость. Большая общая поверхность песчинок создаёт большое внутреннее трение между ними. Песчинки как бы цепляются друг за друга и не дают уложить их поплотнее. Уменьшение трения между ними за счёт цемента и воды, а также особых добавок, повышающих текучесть или пластичность бетона – не самый лучший и дешёвый способ решения этой проблемы. Более дешёвые и действенны особые способы уплотнения пескобетона. Например, ударный, при котором получают шок-бетон, и прессованием, но они применимы далеко не всегда и не везде. И, казалось бы, нет, и не может быть общего решения всех этих задач. Поэтому каждая из них до сих пор и решается своим способом и на своем месте. Тем не менее, общее решение существует. И это решение – торкретирование.


Технология

Сегодня применяются два способа торкретирования – сухой и мокрый. Первым был изобретён сухой способ. При этом способе сухая смесь песка и цемента с помощью сжатого воздуха по штукатурным рукавам подаётся к месту нанесения. На выходе из шланга устанавливается особое металлическое сопло, в которое дополнительно подаётся вода. В сопле сухая смесь песка и цемента перемешивается с водой и вылетает из него в виде факела со скоростью от 70 до 120 метров в секунду. Налетая на преграду, уже влажная смесь налипает на неё и уплотняется.


При мокром способе по штукатурным рукавам с помощью сжатого воздуха подаётся готовый цементный раствор, или мокрая смесь цемента и песка. Она тоже проходит через факелообразующее сопло и с той же скоростью от 70 до 120 метров в секунду наносится на основание.


Сухой способ торкретирования был изобретён первым, и потому получил большее распространение и большую известность. Однако он обладает одним существенным недостатком, приводящим сразу к нескольким отрицательным последствиям. Недостаток этот – сухость цементно-песчаной смеси. Во-первых, в строительных условиях её далеко не всегда удаётся обеспечить и соблюсти. Из-за этого в сырую погоду и в помещениях с повышенной влажностью сухой способ торкретирования не применим. Во вторых, в сопле сухая смесь не успевает увлажниться полностью. С одной стороны, это ведёт к потерям смеси на распыл и отскок от 10 до 50%, а с другой – к быстрому запылению рабочего места опасной для здоровья сухой пылью вплоть до полной потери видимости. И последнее по счёту, но не по значению: необходимость постоянно следить не только за укладкой, но и за влажностью наносимого раствора, которая меняется и от влажности сжатого воздуха, и от влажности сухой смеси, и которую надо учитывать подачей воды в сопло, повышает нагрузку на сопловщика и требования к его подготовке.


Мокрый способ торкретирования лишён всех перечисленных особенностей благодаря тому, что состав и качество торкрет-бетона задаётся не непосредственно перед нанесением на основание сопловщиком, а в самом начале при приготовлении мокрой смеси другими рабочими. При этом способе сопловщик следит лишь за укладкой торкрет-бетона. Видимость на рабочем месте существенно выше, а вредность работы существенно ниже, поскольку из факела выделяется не сухая пыль, а туман, легко удерживаемый обычным марлевым респиратором и оседающий быстрее, чем сухая пыль. При этом в отскок уходят лишь крупные частицы песка без цемента. И потери на отскок составляют от 5 до 10 %.


Наносится торкрет-бетон послойно слоями толщиной от нескольких миллиметров до нескольких сантиметров. Толщина наносимого слоя зависит и от того, что создаётся.


При создании водозащитной рубашки толщины наносимых слоёв обычно не превышают 5 миллиметров, а при возведении подпорных стенок толщина одного слоя может быть 50 – 60, и даже 100 миллиметров. Однако при применении современных ускорителей твердения бетона толщина наносимого за один раз слоя неограниченна даже при нанесении бетона на потолок.


Послойное нанесение торкрет-бетона связано не только с тем, что без использования ускорителя твердения за один раз сложно, а иногда и просто невозможно нанести требуемую толщину бетона. При послойном нанесении более качественно решается главная задача торкретирования – уплотнение мелкозернистого бетона.
Цемент не входит в число тех четырёх природных материалов, которые расширяются при твердении. Эти материалы: вода, чугун, гипс и сера. При твердении цемент уменьшается в объёме, или как говорят строители, даёт усадку. Как раз поэтому бетон, приготовленный на цементе, при застывании растрескивается. Чтобы как-то упорядочить это растрескивание и не дать бетону рассыпаться, его усиливают стальными стержнями, называемыми итальянцами арматурой, т.е. буквально усилением. Армированный, т.е. усиленный железными, а точнее, стальными прутьями бетон и есть железобетон. К сожалению, арматура – не самое дешёвое решение трещиностойкости бетона. Да к тому же и недостаточно совершенное. Трещины ведь всё равно образуются. Да и арматура не только усиляет бетон, но и мешает его уплотнять.


При торкретировании каждый последующий слой торкрет-бетона наносится после того, как затвердел и, как у него водится, растрескался предыдущий. При нанесении следующего слоя образовавшиеся в предыдущем слое трещины забиваются свежим раствором. Новый же слой растрескивается в других местах, поэтому трещины двух соседних слоёв, как правило, не совпадают. Но даже если и совпадут, следующий слой свежего раствора заполнит и эти трещины. Благодаря этому уже трёх слоёв торкрет-бетона достаточно для того, чтобы получить водо- и воздухонепроницаемую бетонную рубашку. Или оболочку.


Оборудование


Для работы с сухими цементно-песчаными смесями Артуром Эйкли была изобретена цемент-пушка. Так она именуется в России. На самом деле изобретена была не пушка, стреляющая цементом, а револьвер системы Наган. И американское название у неё соответствующее: цемент-ган.


Как и у нагана, у цемент-гана основное – это вращающийся вокруг вертикальной оси зарядный барабан. Он состоит из шести полых цилиндров, нижние концы которых скользят по плоскому основанию, закрывающему цилиндры снизу. Сверху цилиндры открыты, и в них при вращении барабана засыпается сухая смесь из бункера, установленного над барабаном.


При вращении барабана каждый из цилиндров поочерёдно входит в разрыв штукатурного рукава, идущего от компрессора к соплу. При этом сухая смесь, находящаяся в цилиндре, выдувается сжатым воздухом от компрессора, распыляется и отправляется к соплу, где увлажняется и выбрасывается в нужное место.


При приготовлении сухой смеси в построечных условиях обычно применяются растворосмесители гравитационного действия. Для прокаливания песка применяются подогреваемые стальные жаровни. Для подачи воды в сопло используют герметически закрывающуюся цистерну, в которой с помощью сжатого воздуха от компрессора создаётся требуемое давление.


Установку для торкретирования, работающую на готовых (или мокрых) смесях, разработал советский инженер Н.С.Марчуков. В основе этой установки – диафрагмовый растворонасос серийного производства, предназначенный для перекачки штукатурных растворов. Н.С.Марчуков разработал приставку к этому насосу, превратив его в пульверизатор, т.е. распылитель для раствора.

Устройство обычного растворонасоса позволяет ему перекачивать только легкие и жидкие штукатурные растворы. Но для торкретирования нужны тяжелые жесткие растворы с осадкой конуса 5 – 8 сантиметров. Такие растворы обычные насосы перекачивать не в состоянии. Чтобы сделать обычные насосы пригодными для перекачки тяжёлых и жёстких растворов, Марчуков заменил клапанную коробку на свою приставку. Она состоит из вибросита, под которым находится конусообразный бункер для раствора. Бункер установлен на рабочую камеру, которая через резиновую диафрагму соединена с рабочей камерой насоса. С противоположной от насоса стороны рабочая камера приставки Марчукова соединена со смесительной камерой, к которой подведён шланг от компрессора и в которой происходит распыление раствора в струе сжатого воздуха. От смесительной камеры отходит штукатурный рукав длиной до 70 метров. Именно на таком наибольшем расстоянии от установки по горизонтали и можно торкретировать. По вертикали наибольшее расстояние от установки – 30 метров.


Помимо насоса с приставкой Марчукова в состав установки для торкретирования входит также растворосмеситель принудительного действия. Он устанавливается на особую раму с таким расчётом, чтобы выгружаемый из него раствор попадал непосредственно на вибросито.


Помимо этой простейшей установки для торкретирования Н.С.Марчуков на базе штукатурной станции разработал установку для подачи тяжелых жёстких растворов УПТЖР – 2,5. Эта установка представляет собой вагончик, внутри которого установлен диафрагмовый растворонасос с приставкой Марчукова, но без растворосмесителя. Вместо него в задней части вагончика находится приёмный бункер, в котором вращается перемешивающее и подающее колесо с лопастями для перемешивания и ковшиками для подачи раствора на вибросито. Эта установка может работать как с готовыми (товарными) бетонными смесями, поставляемыми централизованно, так и с приготовляемыми непосредственно в ней. Работать с такой установкой проще и удобней, но для её перемещения требуются подъемный кран и бортовой автомобиль грузоподъёмностью не менее 5 тонн. В простейшем варианте установка разбирается и грузится на «Газель» вручную.


Сравнение оборудования для обоих способов торкретирования показывает, что ни в стоимости, ни в сложности особой разницы здесь нет. Разница, притом существенная, замечается при производстве работ. Об этом уже было сказано выше. Тем не менее, оба способа торкретирования пока в силе. Правда, в некоторых странах Западной Европы более широко применяется сухой способ торкретирования. Связано это и с традицией, и с отсутствием хорошего оборудования для мокрого торкретирования. В России, как уже было сказано, мокрый способ практически неизвестен несмотря на то, что у нас - лучшее в мире оборудование собственного производства.


Формообразование


Благодаря тому, что основное орудие для укладки бетона при торкретировании – воздух, а воздух формы не имеет, формообразующие возможности этого метода строительства кажутся неограниченными. Но ограничения есть. И они определяются не только волей и способностями зодчего, но и уже упоминавшимися особенностями торкретирования, и свойствами торкрет-бетона, и естественными законами.
Благодаря послойному нанесению торкрет-бетона появляется возможность возводить тонкостенные конструкции. Но достаточно прочны и устойчивы лишь определённые тонкостенные конструкции, - так называемые оболочки. А в силу того, что торкрет-бетон – это прежде всего бетон, а бетон значительно лучше работает на сжатие, чем на растяжение, то в этих конструкциях он используется наилучшим образом. Таким образом, в зданиях из торкрет-бетона основная конструктивная система – не стоечно-балочная, как во всех прочих, и даже не сводчатая или арочная, как в особых, а оболочечная.


С первого взгляда может показаться, что такая конструктивная система пригодна лишь для ограниченного круга зданий и сооружений. В основном для павильонов, залов, ангаров, складов, тоннелей, шахт, резервуаров и т.п. Однако изучение опыта проектирования и строительства, а также научные исследования и разработки, проведённые автором, показывают, что область применения тонкостенных оболочечных конструкций из торкрет-бетона естественных ограничений не имеет. Но есть искусственные. И прежде всего это неосведомлённость и необразованность как проектировщиков и подрядчиков, так и заказчиков с потребителями.


Оболочка – это особая конструкция. Исходная форма оболочки - поверхность шара. В свою очередь шар – это не только совершенное тело, но и исходное. Все прочие тела, и все прочие формы – это производные от шара. Так именуемые тела Платона, т.е. цилиндр, конус, куб и тор – это видоизменения шара. Сложные тела – это сочетания, сложения шаров и их искажения.


До сих пор ни в строительных, ни тем более в прочих науках не учитывалось то обстоятельство, что всё наблюдаемое многообразие форм делится на два рода. Во-первых, на естественные, и во вторых – на искусственные. Казалось бы, зачем строителю естественные формы, если он имеет дело лишь с искусственными? Однако уже простые наблюдения говорят о том, что естественные формы – наиболее целесообразны. Расчёты же показывают, что чем ближе искусственные формы к естественным, тем они более совершенны.


Закономерность, по которой сочетаются шары, была замечена и выявлена немецким архитектором Фраем Отто в мыльной пене. По своей сути она представляет собой так называемую сверхплотную упаковку шаров. Фрай Отто заметил, что в мыльной пене все углы стыковок равны 120 градусам. Причём если стыкуются одинаковые пузырьки, то образуются соты наподобие пчелиных. А при стыковке разных пузырьков возникают самые разные формы. Таким образом, на примере мыльной пены хорошо видно, что шар – это исходная или первичная форма, а все прочие – производные от шара и потому вторичные.


Математики полагают, что исходной формой является точка. При движении точки образуется линия. При движении линии возникает поверхность, а при движении поверхности возникает объем. На самом же деле при движении точки никакая линия не возникает. И при движении линии не возникает никакая поверхность. На самом деле когда точка движется, она растёт, и в конце концов превращается в автомобиль. Или в человека. Всё зависит от того, движение чего мы наблюдаем. И хотя сначала мы видим точку, а потом автомобиль или человека, на самом деле сначала был этот автомобиль или этот человек, а потом они стали выглядеть как точки, потому что удалились. Таким образом, точка – не исходная составляющая формы, а конечная, хотя наблюдателю кажется всё как раз наоборот.


В мыльной пене наглядно представлены все ступени образования форм и их составляющих из шаров. Различные объёмные формы образуются путём деформации пузырей. Поверхности образуются сочетанием двух пузырей. Для образования линии уже необходимо состыковать три пузыря. А для образования точки нужно аж четыре пузыря. Таким образом, точка – это самая сложная часть формы. И самая последняя. В том числе и поэтому именно она стоит в конце предложения. Что же касается пузырей, то хотя они и искусственные, сочетаются они строго по Закону естественного развития, тем самым всем своим видом показывая, что искусство не только может, но и должно быть закономерным. Правда, для этого надо перестроить не только политику и экономику, но и науку, и образование.


Преимущества предлагаемого метода


Преимущество монолитного домостроения перед крупнопанельным состоит в отсутствии завода КПД. Для монолитного домостроения нужен РБУ, комплект опалубки, бетононасос, башенный кран и бетоновозы. Предлагаемый метод безопалубочного монолитного домостроения позволяет обойтись и без этого, т.е. не только без опалубки, но и без РБУ, бетононасоса, башенного крана и бетоновозов. При этом методе существенно ниже и расход материалов. Однако это снижение достигается лишь при возведении зданий по проектам, выполненным специально под эту технологию. При возведении зданий по обычным проектам преимущества предлагаемого метода теряются.


Отсутствие опалубки означает, что форма здания не зависит от опалубки. Но это не значит, что она должна быть произвольной. Она должна быть разумной. То есть она должна быть построена по естественным законам согласно пожеланиям заказчика и заданию на проектирование.


В основе естественного формообразования – сфера и тор. Их сочетание в структуры, построенные по тем же законам, что и пчелиные соты, а также пузыри мыльной пены, является оптимальным и с точки зрения отношения ограждаемого объёма к площади ограждаемых конструкций, и с точки зрения несущей способности и устойчивости, и с точки зрения материалоёмкости этих конструктивных систем. На сегодняшний день в строительстве нет более совершенных, т.е. более прочных, устойчивых и экономичных конструктивных систем. Всё это позволяет проектировать и строить здания и сооружения самого различного назначения в самые короткие сроки и самых различных размеров и форм при наименьших затратах материалов и рабочей силы, а, следовательно, и денежных средств.


Бетон хорошо работает на сжатие, и плохо – на растяжение, поэтому из него наиболее целесообразны сводчатые конструкции. Однако изготовление криволинейных опалубок для этих конструкций трудоёмко и материалоёмко. Надувные опалубки удобней, но для них требуется особый изготовитель, поэтому они дорогие, а кроме того, у них есть обыкновение падать ещё до того, как поддерживаемый ими бетон наберёт необходимую прочность.


В настоящее время применяются действенные и недорогие ускорители твердения бетона, которые позволяют особо не опасаться обрушения оболочки. Но тогда на первое место выходит ещё одна особенность надувной опалубки – её способность создавать лишь тождественные оболочки.


Все эти вопросы сами собой отпадают при безопалубочном методе возведения монолитных конструкций. В этом методе существует несколько способов возведения, но наиболее выгоден тот, при котором форма бетонной конструкции задаётся арматурой, без которой бетон не бывает. Способ задания формы арматурой - «ноу-хау» автора. Также «ноу-хау» и способ проектирования зданий и сооружений, возводимых из монолитного бетона без опалубки.


Расход материалов


Основной строительный материал – мелкозернистый бетон. Его расход – около 0,5 куб.м на квадратный метр общей площади жилого дома. В состав бетона входит крупнозернистый песок с модулем крупности 1,5 – 2,1 и цемент марки 400 (500). Расход цемента – не менее 600 килограммов на метр кубический бетона. Армирование осуществляется несущей арматурой класса А-I диаметром 10 мм и распределительной арматурой класса Bр-IV диаметром 5 мм. Расход арматуры – 60 – 100 килограммов на метр кубический бетона.


Утеплитель – пенополистирол или пенополиуретан. Возможны также другие эффективные утеплители. Толщина утеплителя – по расчёту. Для Москвы толщина пенополистирола составляет 120 мм. Толщина пенополиуретана – около 50 мм. Чем меньше толщина утеплителя, тем изящней конструкция.


Несущие перегородки и стены выполняются из бетона, прочие – из любых других материалов.


Наружные поверхности могут затираться, отделываться под шубу, рваный камень, расшивку и прочие виды пластики как обычные оштукатуриваемые поверхности, а также облицовываться и окрашиваться фасадными красками. Внутренние поверхности тоже могут облицовываться плиткой, камнем, деревом и окрашиваться красками для внутренних работ.Оборудование для строительства


Оборудование для нанесения мелкозернистого бетона включает установку ПБН-50 или УПТЖР- 2,5 производства Машиностроительного завода в г. Скопине Рязанской области, штукатурные рукава с внутренним диаметром 50 мм и длиной 70 м, бетоносмеситель принудительного действия ёмкостью 150 – 250 л, и компрессор производительностью 5 – 10 куб. м воздуха в минуту.


Для арматурных работ применяются гильотинные и ручные ножницы для резки арматуры, станки для гнутья арматуры, в том числе станок для гнутья арматуры по большим радиусам (изобретение автора), сварочный аппарат для сварки арматуры.





НЕТРАДИЦИОННАЯ АРХИТЕКТУРА

Николай Калиниченко





Жить на рубеже тысячелетий! Конечно, с одной стороны, это всего лишь арифметика. Но и человек, с одной стороны, всего лишь животное.


Смена тысячелетий - это также и смена всего, что есть в тысячелетиях. В том числе - архитектуры. Можем ли мы сегодня знать, какой она будет завтра? Да, можем. Ясно ведь, что это будет новая архитектура. Естественно, она унаследует какие-то черты той, предыдущей. Но естественно также и то, что она будет более совершенной.


В чем несовершенство архитектурного наследия?


С точки зрения формы уходящая архитектура была преимущественно кубической. Изредка встречались и другие Платоновы тела, т. е. призмы, конусы, пирамиды, сферы, но все же куб имел подавляющее преимущество. По сути дела куб лежал в основе любой архитектурной формы нескольких последних тысячелетий. Такая формальная ограниченность не могла не приводить к единообразию, но архитекторы прошлого приучались преодолевать его за счет украшательств куба. Для этого архитектор лепит на стены пилястры, карнизы, тяги, орнаменты, прочую лепнину, прорезает русты.

Следует отметить, что куб - не самая идеальная форма из пяти идеальных форм Платона. Точнее, не самая совершенная. На это указывает то, что в природе куб почти не встречается. То есть встречается, но очень редко, потому что далек от совершенства. А далек от совершенства потому, что сам является производной от другой, более совершенной формы. По сути куб - это искаженный шар.


Шарообразные сооружения ближе к естественным формам (в том числе и к такой естественной форме, как человек). Таким образом, шарообразные объемы человечней прямоугольных.


Поверхность шара примерно на четверть меньше, чем поверхность куба такого же объема. Это означает, что на шарообразные сооружения нужно материалов на четверть меньше, чем на кубические, и отопление шарообразных сооружений примерно на четверть дешевле, чем кубических. В шарообразных сооружениях нет углов, где обычно застаивается воздух, поэтому их легче проветривать.


Однако архитектура по-прежнему остается прямолинейной и прямоугольной, по-прежнему не льнет к человеку.

Исключение составляет, вероятно, криволинейная архитектура, которая пытается иногда создать точную оболочку человеческого пространства, иногда подражает природным, бионическим или космическим формам. К сожалению, чаще всего криволинейные сооружения и проектируются, и строятся как нечто из ряда вон выходящее. Стало быть, экономию человеческих сил и материальных средств как главную цель такая архитектура перед собой не ставит. А почему, собственно?


Как же возводятся сферические дома?


Сначала "плетем" форму из стальной проволоки по форме будущего здания. Затем там, где надо, устанавливаем слой утеплителя, а где утеплитель не нужен - одностороннюю опалубку. На утеплитель с обеих сторон, а на опалубку с одной стороны наносим бетон. Толщина утеплителя, конечно же, рассчитывается. Рассчитываются также толщины бетонных слоев, закрывающих утеплитель с обеих сторон, и все параметры арматуры.


Бетон, как и глина, намного лучше сопротивляется сжатию, чем растяжению. Традиционная архитектура это обстоятельство игнорирует: где бетон не справляется с растяжением, его усиливают стальной арматурой. Но в криволинейных оболочках бетон работает только на сжатие. Своды и оболочки хороши не только тем, что позволяют наилучшим образом использовать несущую способность бетона. Они позволяют отказаться от привычных скатных и от вечно протекающих плоских крыш, от низких потолков и от, казалось бы, неизбежных фундаментов.


В связи с тем, что обычный бетон с односторонней опалубки, а тем более с утеплителя сползет, в криволинейном зодчестве применяется мелкозернистый бетон, т. е. бетон, в котором нет щебня, а есть лишь песок. Такой бетон требует больше цемента, но зато из него можно делать тонкие высокопрочные слои. Наносится мелкозернистый бетон из цемент-пушки с помощью сжатого воздуха, как краска из краскопульта. При этом бетон предельно уплотняется, что увеличивает его прочность и морозостойкость. Такой бетон называют "торкрет-бетоном", т. е. уплотненной бетонной штукатуркой, а способ его нанесения известен как напыление.


Цемент-пушка работает только с пескобетоном (мелкозернистым бетоном). Смесь песка и цемента загружается в бункер, откуда через револьверный барабан (отсюда - пушка) по шлангам с помощью сжатого воздуха подается к соплу, где смачивается и вылетает из сопла уже в увлажненном состоянии. Скорость полета этой смеси при выходе из сопла достигает 120 метров в секунду. Налетая на преграду, пескобетон прилипает к ней и одновременно уплотняется. Напыление происходит до тех пор, пока напыляемый слой еще не сползает под собственным весом. Обычно толщина одного слоя - от 5 до 60 миллиметров. После затвердевания первого слоя наносят второй. И так до тех пор, пока не достигается проектная толщина.


Наносимый с помощью цемент-пушки торкрет-бетон одинаково хорошо прилипает и к свежему, и к старому бетону, поэтому это единственный бетон, который применяется для ремонта бетонных изделий. Но у послойного нанесения есть еще одно дополнительное положительное свойство. Бетон при твердении уменьшается в объеме, или, как говорят специалисты, дает усадку. Естественно, сжимается и тот слой бетона, который уже нанесен. От этого он, конечно же, трескается, как высыхающая грязь. Или почти так же. А после этого приходим мы с цемент-пушкой - и наносим новый слой. Новый слой, конечно, тоже потрескается, но до этого он заполнит образовавшиеся трещины предыдущего слоя, а потом уже образует свои, которые вряд ли совпадут с чужими. Третий слой сделает то же самое со вторым. В итоге мы получим совершенный по плотности бетон, который не пропускает ни воздух, ни воду. О таком бетоне можно только мечтать, что и делают строители, но его нельзя получить никаким другим способом, хотя строители и пытаются.


Полученный с помощью цемент-пушки ультра-бетон называют торкрет-бетоном, хотя просто торкрет - это уже уплотненная штукатурка. Как и всякую штукатурку, торкрет можно наносить и на кирпич, и на дерево, и на камень, и на утеплитель. Но в отличие от обычной штукатурки, которая служит лишь для выравнивания поверхностей, реже - для лепки, соответствующий слой торкрета может работать и как несущая конструкция, т. е. и вместо кирпича, и вместо камня, и вместо дерева. Его прочность и плотность это допускают. А это означает, что, используя торкрет, мы можем отказаться и от несущих конструкций, и от отделочных работ. Экономия, получающаяся при этом, перекрывает перерасход цемента на торкрет-бетон с лихвой.


Таким образом, для строительства шарообразных сооружений (см., например, рис. 4) нужно всего семь составляющих: песок, цемент, арматура, утеплитель, сжатый воздух, электроэнергия и вода.


В простейших случаях сжатый воздух и электроэнергию можно заменить ручным трудом. В более сложных - необходимо иметь мощную компрессорную станцию и особую установку для набрызга бетона. С этим оборудованием четыре обученных рабочих за месяц могут возвести коттедж общей площадью 100-150 м2. Правда, при этом упомянутое оборудование будет задействовано лишь в последнюю неделю месяца, поэтому есть смысл возводить сразу несколько коттеджей. В общем, организация безопалубочного монолитного строительства шарообразных домов - это актуальный вопрос, который ждет своего решения. В соответствии с законами сохранения вещества, энергии, импульса и проч. экономия как таковая невозможна. Но сэкономить можно, если чего-то не делать. В том числе и поэтому шарообразные дома экономичней кубических, т. е. деревянных и кирпичных. Яйцу на песке не нужны ни крыша, ни фундамент. Точно так же не нужны ни крыша, ни фундамент шарообразному дому. Вот вам и экономия. И здесь речь может идти не о процентах экономии, а о порядках.


Конечно, просто шары - это скучновато. Может и надоесть. Но кто мешает сочетать шары? Если сочетать одинаковые шары, получим подобие пчелиных сот, если разные, - подобие пены. А если сочетать шары подобно клеткам растений, то… Природа из своих шаров и шариков лепит все, кроме минералов и металлов. Все живое, растущее. А мы, люди, чем хуже? Привычками?









В зданиях, имеющих цилиндрическую форму, и сферический купол, люди обретают могущество от богов - сил Природы, Вселенной.

В.А.Шемшук, "Волхвы", Часть IV, гл. 5, "Реконструктция внешнего вида Куда"

Куд строился для осуществления служб всем богам Пантеона РА. /.../ Именно поэтому климат был тёплый, и растения, имевшие возможность питаться тонкими эманациями, буйно росли и цвели на всей территории планеты, вплоть до Арктики, в этих условиях просто не могло быть пустынь. Земля, облучённая эманациями прихожан, могла рождать жизнь и давать высокие урожаи. Не случайно ещё в XVI веке , до предпоследнего крещения России и Европы в христианство, в Гренланции росли виноградники. Даже во времена Екатерины II, когда началось резкое похолодание из-за смены религии, русские крестьяне продолжали выращивать цитрусовые, ананасы и бананы, которые ежедневно подавались к императорскому столу. Исчезла религия, началось похолодание, и резко сократилось видовое разнообразие биосферы".

"Всё сооружение стояло на земном постаменте из шести ступеней (символизиующих шестидницу), образующих квадратную пирамиду. Необходимость постамента под храм вытекает из того, что для облучения волнами в физике и технике применяются раструбы. Постамент храма играет роль раструба, который облучает землю, а Земля, в свою очередь, облучает людей и солнце. /.../ Храм, сделанный из дерева, в центре которого располагается священное дерево с капищем, и имеющий прозрачный купол, играет роль источника излучения. В Куд приходил солнечный свет, а к Солнцу уходили мысли и чаяния людей и его служителей - волхвов. Храм был местом пересечения всех божественных энергий и их синтеза, где создавалась высшая божественная сущность Господа - агрегат (эргрегор) Ра".